Квадратный сад Надёжича
Село Пустынь Каменского района стоит посреди голой степи. А в трех километрах, на холме, зеленеет роща. Местные называют ее Квадратным садом, или садом Надёжича.
В гостях у Мичурина
В 1924 году пустынский житель Иван Аленкин получил землю при разделе «по едокам». Он мог бы сажать на ней картошку или какие другие овощи, чтобы кормить семью. Но нет. Вдвоем с женой Александрой он вручную окопал территорию площадью четыре гектара двойным рвом глубиною в метр. По периметру квадрата посадил березы, тополя и клены, а внутри разбил сад.
Крепкого крестьянина под два метра ростом с окладистой бородой в селе звали Надёжичем — по имени бабки, у которой он воспитывался после смерти родителей.
Сад Надёжич организовал по всем правилам, четко сориентировав с севера на юг и с востока на запад. Саженцы взял у самого Ивана Мичурина, знаменитого русского селекционера.
— Пешком к нему ходил в город Козлов (ныне Мичуринск Тамбовской области), — с гордостью рассказывает правнук Надёжича Сергей Ковалев.
Выдающийся биолог любезно принимал пензенского энтузиаста, дарил саженцы яблонь, названия которых уже рисуют в воображении сочные, хрустящие плоды: Кандиль, Бельфлер. Помимо яблонь Надёжич принес от Мичурина саженцы груши Бергамот, вишни Новак, малины Мальборо. А еще — розетки совсем уж диковинной в те времена крупноплодной клубники.
Воду для полива Аленкин брал за полкилометра, в овраге. Возил ее в 200-литровой бочке, водруженной на тачку. Тачку эту помнят все потомки Ивана Ивановича.
— Мы каждый день ходили в сад с папаней (так называли дедушку его правнуки), — вспоминает правнучка Александра Ивановна. — Мы бежали за ним, как цыплята, а он возвышался над нами, толкая перед собой тачку.
Хранитель сада
– Он вообще всегда ходил пешком, даже в Пензу, — рассказывает жена внука Мария Середкина.
Надёжич был человеком набожным и часто посещал отца Иоанна Оленевского. Когда большевики сожгли в селе деревянную церковь, духовным центром Пустыни стал дом садовода. Там по выходным дням проводили службы приезжие батюшки.
По причине религиозности Иван Аленкин отказался вступать в колхоз. Это аукнулось ему самым больным образом. Земли вместе с любимым садом отдали под проведение дней молодежи. Молодые пролетарии плясать и петь умели, а за садом следить — нет.
Даже когда его детище перестало ему принадлежать, Иван Иванович все равно за ним ухаживал. К сожалению, никто из пяти детей не пошел по стопам отца. Агрономом стала одна из внучек Аленкина — Нина.
Злополучная слива
Хватало у Надёжича сил и на сад возле дома, занимавший 20 соток. Он старался как можно больше саженцев плодовых деревьев раздать односельчанам, чтобы общими усилиями сделать родное село зеленым.
— Папаня очень трепетно относился к тому, что выращивал, — рассказывает правнучка Александра Ивановна. — Если правнуки пробовали яблоко, они должны были съедать плоды целиком.
А еще Александра Ивановна чуть за решетку не угодила, нарушив запрет на самовольный сбор урожая. Однажды по поручению матери она пришла к прадеду за сливами — не хватало нескольких плодов, чтобы закрыть на зиму банку. Хозяина, как ей показалось, дома не было, ну она и потрясла дерево, набрала слив. Только собралась домой, а тут в открытое окно — прадедова борода: «А ну открой!». Оказалось, что кто-то закрыл его в избе. Шура, хоть и не делала ничего худого, забоялась. Он выскочил из дома — борода всклокочена, пуговицы на кителе блестят — и в крик: «Сегодня сливы взяла, а завтра что?». Еле уговорили не писать заявления в милицию.
Но ни Александра Ивановна, ни другие внуки и правнуки на папаню зла не держат — строгий, но справедливый. И руки ни на кого не поднял. Дисциплину держал одним взглядом.
Добрая память
— Три года назад в Пустынь приезжали американцы, — задумчиво говорит Сергей Ковалев. — Они с недоверием слушали переводчика, который рассказывал им про сад, про то, откуда Аленкин возил воду для полива. Гости задали один вопрос: «А зачем ему это было нужно?». В их практичном мозгу не укладывалась мысль, что человек свои силы и здоровье готов был положить не ради выгоды, а ради того, чтобы сделать свою родину краше и оставить о себе добрую память.
Эту память хранят в Пустыни все жители от мала до велика. А учитель местной школы Сергей Гришнин рассказывает об удивительном садоводе на уроках истории.
К сожалению, не нашлось в Пустыни другого такого человека, как Аленкин. Поэтому Квадратный сад одичал и запустел. Высох и сад возле дома.
Только густая роща напоминает о том, что жил здесь когда-то богатырь, превративший степь-пустыню в цветущий сад.
Уезжая из Пустыни, я постоянно оглядывалась на детище Надёжича. Что я хотела увидеть? Потом поняла: фигуру крепкого крестьянина с окладистой бородой, катящего перед собой тачку с яблоками.
Автор: фото автора и из архива семьи Ковалевых
Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER
Другие материалы рубрики
Участник лотереи из Пензенской области выиграл 24 миллиона рублей
На фронте — по примеру отца, в вузе — по примеру сыновей: истории пензенцев
Мария Львова-Белова отметила важность пензенских кадровых проектов для участников СВО
К проекту «Серебряная Пенза» присоединились еще 9 муниципальных образований
