Александр Гуляков: «Наше ЖКХ страшнее любой оппозиции!»

Александр Гуляков: «Наше ЖКХ страшнее любой оппозиции!»

Милиционер, который так и не полюбил читать детективы. Политик, который никогда не мечтал о политической карьере. Замечательный оратор, который по сей день тяготится необходимостью быть публичным человеком.
Привычка к дисциплине не заставила его отказаться от права на собственное мнение. Высокая должность не приучила к модным брендам и внешней мишуре. Умение в любой ситуации оставаться собой — главное, пожалуй, качество,  которое делает Александра Гулякова одним из самых популярных и авторитетных в народе региональных политиков.

Рейтинг искуплений
— Политика — один из символов несвободы. Пойти туда — значит практически перестать принадлежать себе. Будете утверждать обратное?
— Не буду. Политик свободным быть не может. И, честно признаюсь, я в политику не рвался. Просто так сложились обстоятельства. Я и о милицейской службе в свое время не мечтал, хотел стать адвокатом, но жизнь часто распоряжается вопреки нашим желаниям. И нужно относиться к этому спокойно. Когда видишь, что принятый нами закон реально работает и приносит пользу, конечно же, появляется чувство удовлетворения. Это многое искупит.

— Могли бы привести своеобразный рейтинг таких искуплений?
— Закон о предоставлении земельных участков для многодетных семей. Хотя сразу же оговорюсь, что есть нюансы. Далеко не все, получив землю, решаются на ней строить, потому что сложно решить вопрос с подведением коммуникаций. Сейчас решаем с губернатором, как выделять таким семьям рядом расположенные участки. Пусть это будет улица, квартал, и тогда легче будет подвести туда коммуникации, используя средства различных бюджетов, привлекая социально ориентированный бизнес.

Многие благодарили за местный закон о ветеранах труда. Есть немалый эффект от закона о поддержке студенческого бизнеса. Большие надежды на закон, предусматривающий создание в нашей области своеобразных сельских оффшорных зон. Сегодня затащить бизнес в село очень трудно. Мы предложили принципиально новые условия. Если человек создает на селе предприятие, где не менее 80 процентов работающих — местные жители, мы снижаем ему размер налога с 15 процентов до 5 и плюс гасим 100 процентов кредитной ставки.

Столица должна делиться!
— А не обидно, когда хороший закон приняли, а результата не видно? Вот запретили продавать пиво в остановочных павильонах. В центре города худо-бедно к запрету прислушались, а на окраинах осталось, как было.  В итоге это воспринимается как слабость власти!
— Согласен с вами. Не случайно же у нас говорят, что «жесткость российских законов компенсируется их неисполнением». В данном случае, конечно, недоработали правоохранительные органы. С другой стороны, не уделили серьезного внимания пропаганде. Наверняка ведь наказывали, штрафовали, только рассказать об этом забыли. В результате  складывается превратное ощущение, что законы у нас принимаются для галочки и выполнять их необязательно.

Скажу больше. К сожалению, у нас до сих пор плохо развита функция парламентского контроля. Только сейчас на самом высоком уровне всерьез заговорили о создании института парламентских расследований. Вот в Англии министр обороны взял на борт самолета своего друга бизнесмена, летевшего в командировку. Моментально собралась парламентская комиссия. И где сейчас тот министр?

У нас же отдельные деятели могут не вылезать из-за границ, а мы не имеем права всерьез спросить с них: зачем они туда выезжали  и какую пользу эти поездки принесли региону. Создание этого института может очень здорово поднять и авторитет, и эффективность работы законодательной власти.

— Мы живем сегодня в обществе тотального недоверия. Непонимание между обществом и властью становится аксиомой. В столице это проявляется сильнее, в провинции меньше. И тем не менее… В чем, по-вашему, корень зла?
— Люди сегодня не чувствуют, что их мнение важно для власти. Прежде чем принимать  решение, необходимо посоветоваться с обществом, спросить людей, что они по этому поводу думают, внести коррективы с учетом их мнения. У нас же даже региональные парламенты не всегда могут по-настоящему влиять на законы, которые принимает Государственная Дума.

Еще одна причина — в системе бюджетных отношений. В Европе основа общественного и государственного управления — это муниципалитет,  где остается 80 процентов собираемых налогов. И только 20 уходит в распоряжение государственного аппарата. У нас наоборот. Откуда появится доверие к власти, когда люди пять лет просят главу своего муниципалитета отремонтировать дорогу или мост, а у него нет на это денег? Вот они и машут рукой: а чего к нему ходить — все равно не сделает; и обвиняют власть в безразличии к их проблемам.

Хлеб не «Твиттер»
— Времена, когда «кухарка» могла руководить государством, прошли. У нее просто нет денег, чтобы вступить в предвыборную борьбу. Депутатский корпус любого уровня — люди весьма обеспеченные. Могут ли они отстаивать интересы малоимущих, жизнь которых, давайте честно признаемся, представляют себе довольно слабо?
— Я согласен с вами. Нынешнее избирательное право дает большое преимущество обеспеченным людям. Это неправильно. Скорректировать это могут партии, ведь половина депутатов в областной парламент избирается по партийным спискам, и партии имеют полное право включать в этот список рабочих, тружеников села, рядовых представителей интеллигенции.

— Вы говорите о депутатах, как о законотворцах, в народе бытует несколько иное восприятие: это люди, которые помогут отремонтировать дом, построить дорогу, кому просто можно пожаловаться и душу излить.
— В первую очередь депутат — творец законов. Но как избранник народа он обязан принимать и исполнять его наказы. Мы — один из немногих регионов России, где действует закон о наказах избирателей. Большинство областных социальных программ формируется именно на основе этих наказов. И, конечно, любой депутат в какой-то степени психолог, который должен выслушать человека, успокоить. Без этого в нашей работе никуда!

— Что происходит, когда ваше мнение не совпадает с мнением других депутатов?  Какие навыки в этом случае необходимы: бойца или дипломата?
— Нужно уметь отстаивать свое мнение, но при этом не давить авторитетом, слышать здравый смысл в словах оппонента. Упертость и неумение уступать — свидетельство не принципиальности, а низкого уровня культуры. Поэтому, если не получается переубедить, я подчиняюсь мнению большинства.

— Вы много ездите по области, часто встречаетесь с людьми. Если просуммировать эти разговоры, какие вопросы больше всего волнуют жителей региона?
— Совершенно точно не политика. Политические дебаты идут в Интернете. А вы попробуйте отъехать на десять километров от Пензы. Там уборочная в разгаре. Хлеб не «Твиттер», ждать не будет! Люди заняты своей жизнью, их волнуют благоустройство территорий, жилищно-коммунальные проблемы. Большинству абсолютно не важно, как будет называться партия или группа людей, которая решит эти проблемы. Прошло время всей этой риторики. Люди верят делам и тем, кто их действительно делает! Причем на земле, а не в Интернете. Нам мой взгляд, вопросы жилищно-коммунального хозяйства сейчас куда важнее идеологических. Если в ближайшее время не принять  каких-то радикальных мер для наведения порядка в этой сфере, то, боюсь, следующая революция в России пройдет именно под знаменем ЖКХ. Возмущают ведь не столько высокие цены, сколько низкое качество услуг! Вот основная задача на сегодня. Когда справимся, можно будет и в Интернете об идеях и общих вопросах пофилософствовать!

Наедине с собой
— Мы начинали разговор с того, что политика – это несвобода. Получается, что вот уже пять лет вы свободы лишены. Наложило это какой-то отпечаток на вас?
— Появился другой опыт. Чаще стало возникать чувство внутренней обиды, что  не можешь пока изменить некоторых вещей. Чувствуешь, как давят груз ответственности перед людьми, публичность. При этом я еще больше убедился в верности некоторых своих принципов. Благодарность людей дает больше, чем материальные блага! И стремиться надо в первую очередь к благам другого порядка — к тому, чтобы жить в ладу с собой и своей совестью.

— Признайтесь честно, хоть иногда побеги на свободу совершаете?
— Когда остаюсь с внуками. Их у меня четверо. Правда, когда в гостях все одновременно, они меня забивают! Когда уезжаю на природу. Ну и, хоть это неправильно, если на машине оказываюсь в таком месте, где нет ни других машин, ни людей, ни ГАИ… Вот здесь я позволяю себе свободу нажать на газ до отказа! Но все это уже мое личное пространство.

Автор: Павел ШИШКИН

Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER

Введите слово на картинке