В Пензе «школа условных Золушек» отмечает 25-летний юбилей

В Пензе «школа условных Золушек» отмечает 25-летний юбилей

В этом году 25 лет исполняется студии «Художник-модельер» городской школы искусств им. Яничкина

Самое удивительное даже не то, что эта студия живет полной жизнью, а то, что она вообще живет. Потому что это раньше, при советской власти, в каждом ДК были курсы кройки и шитья или, с более красивым названием, их аналоги. А сейчас все повымерло. Молодежь, по большому счету, не хочет шить. Проще попросить денег у папы, пойти в магазин и купить.

А зародилась студия с легкой руки Юрия Ермолаевича Яничкина, которому нужны были мастерские для пошива костюмов танцорам. Изначальная идея отвалилась и потерялась, но студия зажила своей жизнью. Во главе ее встала Елена Николаевна Палатова — красивая, умная, благородная, доброжелательная женщина, истинный педагог.

Елена Николаевна учит двум вещам. Первая, что на поверхности, — ремесло. Навык, который если даже не станет твоей профессией, в жизни, особенно замужем, всегда пригодится. Вторая вещь, более глубокая, — умение преобразовывать окружающее пространство в соответствии со своей личностью, делать мир вокруг себя красивее.

Путеводные нитки  

Елена Николаевна листает альбом с фотографиями.

На одной из первых страниц — симпатичные девушки в платьицах, сшитых из национальных флагов. Это одна из первых коллекций, подготовленная 12 лет назад.

— Оля! — говорит Елена Николаевна, как будто обращается к неведомой Оле. — Она живет в Норвегии, получила там высшее образование, вышла замуж, преподает в школе искусств.
— Катя! — снова как будто вызывает ученицу Палатова. — Она занимается дизайном в США.

Настя — в Питере, архитектор. Оксана — в Москве, у нее детский коллектив. Все запечатленные на фотографии оказались очень успешными людьми. Условные Золушки стали принцессами. Вечная история о том, что красота и трудолюбие — великая сила.  

Очень много воспитанниц студии организовали малый бизнес в Пензе. Обшивают земляков, восполняя пробелы нашей легкой (легонькой) промышленности. Одна шьет для зарубежного заказчика мишек Тедди. Другая варит хенд-мейдовское мыло. Кто-то увлечен дизайном интерьеров. Кто-то валяет из войлока оригинальные брошки.

— Творческий человек всегда найдет, чем ему заниматься, — резюмирует Елена Николаевна.

Пальмовое масло, «пальмовая» одежда  

Как-то раз родителям надоело сидеть в коридоре, поджидая, когда у детей закончатся занятия, и они тоже попросились к Палатовой шить. Так появились курсы для взрослых.

Они оказались очень востребованными. В этом году уже в феврале все места на август разобрали. Самой возрастной ученицей Елены Николаевны была бабушка 78 лет. Она очень старалась, кропотливо выполняла на руках все сметки, но категорически отказывалась прострачивать швы на студийных электрических машинках. А потом призналась, что панически боится техники.

Специально для нее Палатова отыскала в запасниках немецкий раритет с колесом, который можно крутить вручную.

Эта бабушка, как и другие горожанки старшей возрастной категории, пришла в студию за мечтой. С юности они хотели научиться шить, но все не было времени, а теперь, на пенсии, его стало слишком много.  

Женщин в 40–50 лет приводит чувство протеста.

О некачественных продуктах в наших магазинах говорится много. С одеждой ситуация не лучше. Почти невозможно найти красивую вещь из чистой шерсти, качественного трикотажа или натурального льна. Они, конечно, есть, но стоят не по зарплатам большинства граждан. С большими размерами вечная проблема. А еще при кажущемся разнообразии — сплошное однообразие. Например, все брюки-джинсы одно время были с низкой талией и зауженными к щиколотке. Животы у солидных дам из таких брюк выпадали, а ноги выглядели, как сосиски.
И еще одна большая аудитория желающих научиться шить — студентки и молодые мамочки. Их влечет экономическая выгода. Вещь, как с обложки журнала, по цене 6–7 тысяч рублей обойдется в 600–900 рублей. В кризисное время это немаловажно.

В джазе только девушки

За 25 лет работы студии здесь научились шить около двух тысяч человек. Из них только двое были мальчиками, все остальные — девочки.

Один мальчик походил на занятия месяц, научился пришивать пуговицы и канул. А второй, Максим Назаров, стал, пожалуй, самым известным воспитанником.

Когда классе в пятом он пришел в студию, папе (а он был бизнесменом) это не понравилось. Елена Николаевна с улыбкой вспоминает, как папа уговаривал сына бросить «женское» занятие. А как раз учились шить юбку. «Ну и зачем тебе это? Будешь носить?» — наседал папа. «Нет! — отвечал мальчик. — Я буду шить юбку для мамы!».

Отец настоял, чтобы Максим окончил политехнический институт. Но, исполнив родительскую волю, парень все равно вернулся к любимому делу. В столице поначалу шил практически даром, нарабатывал клиентуру. Сейчас он работает в театре «Гоголь-центр» у режиссера Кирилла Серебряникова.

Это к тому, что не надо отнимать у ребенка мечту...

Кроме шитья, девочкам преподают рисование, конструирование одежды, роспись по ткани, вышивание, сценическую ходьбу и так далее. Эти знания и умения воплощаются в коллекциях модной и фантазийной одежды. В апреле некоторые из этих коллекций были продемонстрированы на отчетном концерте в ДШИ. Некоторые из них в разные годы стали победителями или лауреатами отечественных детских конкурсов дизайнерского направления.

Автор: Марьям ЕНГАЛЫЧЕВА

Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER

Введите слово на картинке