Как в Пензе ловят браконьеров и почему по Заречному до сих пор гуляют лоси

Как в Пензе ловят браконьеров и почему по Заречному до сих пор гуляют лоси

Министр лесного, охотничьего хозяйства и природопользования региона Александр Москвин рассказал о том, как в области борются с лесными пожарами, ловят браконьеров и почему по Заречному до сих пор гуляют лоси. 

В лесу стало чище

— Александр Иванович, в этом году мы перешли на новую систему обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО). Основную часть работы взяли на себя региональные операторы, а ряд ведомств помогает следить за порядком, в том числе и Минлесхоз. Каковы ваши функции? 

— Мы выявляем несанкционированные свалки в лесах и других природных зонах, выясняем, кому принадлежит территория, и выдаем предписание о необходимости ликвидации этого безобразия. В этом году мы обнаружили более 60 свалок, из них 30 полностью убрали. Но работы еще предстоит много. 

Наши лесные инспекторы выходят на дежурства, организуют патрули, ставят фотоловушки. В итоге многих нарушителей ловят на месте преступления и штрафуют. Для юридических лиц штрафы сегодня большие  до 200 тысяч рублей. 

Надо отметить, что с введением обязательной платы за вывоз мусора для всех потребителей количество пакетов с отходами в лесах, оврагах, на берегах рек заметно уменьшилось, а объем ТКО, вывозимых на полигоны, вырос в несколько раз.  

— Сколько лесных инспекторов работает в области? Что входит в их обязанности?

— В лесной отрасли работают 550 человек, из них 334 — лесные инспекторы, или, как раньше их называли, лесники. Это очень мало. Для сравнения: в советские годы на территории одного только Кузнецкого леспромхоза работали 1200 человек.

Раньше лесники не только следили за порядком, но и сажали деревья, очищали территорию от веток и мусора, вели лесовосстановительные и противопожарные работы.

Но в 2008 году у лесных ведомств забрали ряд полномочий, в итоге у нас сегодня остались исключительно надзорные функции. Все остальное делегировано подрядным организациям и арендаторам.  

— Леса страдают от этого?

— Конечно. Кордоны заброшены, леса фактически остались без хозяина, который знал их вдоль и поперек, а профессия лесника утратила свою специфику. Сейчас на федеральном уровне рассматривается вопрос о возвращении лесным инспекторам прежних функций. 

— С 2010 года в области не случалось крупных лесных пожаров, хотя погодные условия были  сложные. Как удается держать ситуацию под контролем?

— И этой весной погода тоже заставила понервничать: сильная засуха, мало дождей, но, несмотря на это, в области пока не было ни одного серьезного лесного пожара. Все возгорания тушились оперативно. Кстати, в этом году впервые за долгое время Пензенской области было выделено около 30 млн рублей из федерального бюджета на покупку восьми лесопожарных комплексов (в рамках федерального проекта «Сохранение лесов»). Мы одними из первых в России провели аукционы, подготовили документы и уже закупили машины. Они прибудут в ближайшее время. 

Как лоси горожанами стали  

— А как обстоят дела с лесной фауной?

— Основная задача нашего охотуправления — отслеживать численность и сохранять поголовье диких животных. На территории области работает восемь питомников, где занимаются разведением оленей, лосей, кабанов. А вот численность лис, наоборот, в некоторых лесах, там, где они расплодились, надо уменьшать. Они часто заболевают бешенством и могут быть опасны для людей.   

— Хочу спросить про город Заречный: там постоянно происходят столкновения с лосями. Многие жители жалуются, что боятся их. Порой животные портят машины. Минлесхоз может вмешаться?

— Может. Мы не раз предлагали вывезти всех сохатых из города и закрыть эту тему. Но большая часть жителей против. Они говорят, что лоси — это гордость, визитная карточка Заречного. Поэтому пока мы просто регулируем численность животных, в год вывозим оттуда от трех до пяти особей. 


Погоня, слежка и стрельба

— Говорят, что в последние годы в области существенно выросло количество охотников.

— В нашем регионе их зарегистрировано 27 тысяч — этакая вооруженная мини-армия. Только на добычу птиц в этом весеннем сезоне было выдано более 6 тыс. разрешений. И с каждым годом интерес к охоте растет. Хотя сегодня это, конечно, не поиск пропитания, а скорее элитное хобби.

— А охотники законопослушны?

— Не всегда. В Федеральном законе «Об охоте и сохранении охотничьих ресурсов» с 1 июля 2018 года значительно повышены штрафы за незаконную добычу диких животных. К примеру, если раньше отстрел кабана считался административным правонарушением, то теперь за это можно получить срок. Охотиться можно, только имея лицензию и в устанавливаемые нами сроки. В другое время нахождение за пределами населенного пункта с охотничьим снаряжением приравнивается к незаконной добыче.  И все же нарушения есть. 

В этом году на охотников уже составлено около 300 административных протоколов. Совместно с правоохранительными органами заведено пять уголовных дел, по двум из них решения суда уже вступили в силу. К примеру, на территории Бековского района охотник подстрелили косулю, не имея на это разрешения. Суд назначил ему три года условно, шесть месяцев надзора, лишил права охоты на  год. А еще охотник выплатит 200 тысяч рублей за ущерб, нанесенный природе. 

— Охотинспектор — опасная работа? Где гарантия, что застигнутый на месте преступления нарушитель с ружьем не пойдет на крайности, чтобы не платить крупный штраф или не получить срок? 

— Да, это так.  В одном регионе уже был случай, когда браконьер, чтобы не платить штраф за незаконно добытого лося, застрелил охотинспектора. Эта профессия всегда была связана с риском, а теперь стала по-настоящему опасной. Представляете, наш специалист должен выследить и остановить компанию из 5–10 вооруженных людей, которые могут быть к тому же нетрезвыми и вести себя агрессивно! Случаются у нас и слежки, и погони, и стрельба.

Но надо отметить, что в последние годы охотуправление было модернизировано: появились форма, транспорт, системы видеофиксации, в ближайшее время планируем приобрести тепловизоры, чтобы работать по ночам. Стараемся по оснащению не отставать от браконьеров — они, как правило, люди обеспеченные, с дорогими машинами, оружием, аппаратурой. 

В этом году в областное министерство лесного, охотничьего хозяйства и природопользования поступило 15 единиц лесопатрульной техники (в основном это вездеходные уазики) на общую сумму 12,3 млн рублей. Автомобили закуплены в рамках государственной программы РФ «Развитие лесного хозяйства на 2013-2020 годы». Новая техника не поступала в лесничества с 2010 года. 

Кроме того, была приобретена лесокультурная техника (плуги, культиваторы). И уже есть результат: лесные инспекторы благодаря новым машинам стали работать оперативнее, охват патрулирования вырос, стали чаще выявлять и пресекать незаконные вырубки.  

Автор: Елена СВЕРДЛОВА

Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER

Введите слово на картинке