Для кого поет Владимир Котенев
Он остался в профессии даже тогда, когда зрение так упало, что нельзя было разглядеть ноты...
Наш рассказ – о человеке, который посвятил жизнь своему главному увлечению.
В три года он исполнял арию из оперы Чайковского «Евгений Онегин». Потом играл на гитаре в школьном квартете, институтском оркестре. С 1960 года профессионально работал на эстраде. Выступал на летних площадках до 2020 года. Пандемия прервала концерты. Но сегодня Котенев планирует новые выступления.
Детство: война и музыка
– Я родился в Пятигорске. Отец был военным, уехал перед началом войны на Дальний Восток. В сорок втором в Пятигорск пришли немцы, полгода город был в оккупации. Мать чуть не расстреляли из-за того, что была женой коммуниста.– Вы помните это?
– Как такое забыть? Мне шесть лет было... Маму уже поставили к стенке. Напротив – строй немцев. Нас всех собрали, чтоб мы видели, как будут убивать родных. Маму спасли соседи: 20 семей подписали письмо, что она с мужем не живет еще с довоенного времени.
– Музыка помогла вам пережить трудное время?
– И не только мне. В городе был театр оперетты, мать меня водила туда еще до оккупации. Когда немцы ушли, все санатории (у нас же курортное место) были превращены в госпитали. Много было калек. И из этих калек, владеющих музыкальными инструментами, собрали большой оркестр. Он играл в кинотеатре «Родина». Там я впервые услышал «Серенаду Солнечной долины» Гленна Миллера.
Оркестр и клубника
– Как выбирали профессию?– Школу окончил в 1954 году. Хотел стать летчиком, но забраковали по здоровью. И я поступил в Симферопольский сельскохозяйственный институт. Со студенческим оркестром объездил весь Крым. Параллельно два года отучился в музыкальном училище.
И еще я тогда входил в сборную Крыма по тяжелой атлетике, на тренировках выполнял нормы мастера спорта. Мой тренер позаботился о том, чтоб я остался в городе: устроил в
опытное хозяйство Академии наук УССР. Полгода я проработал там заведующим цехом виноградарства и садоводства. От нас возили в Кремль отборные виноград, клубнику. Помню, девчата собирали урожай в лукошки, рядом стоял огромный рефрижератор, чтоб везти в столицу крымскую продукцию. А я иду, вынимаю из лукошка самую крупную ягоду и говорю: «Нет, Никита, ты это не съешь!» Тогда у власти был Хрущев…
– И все же вы выбрали музыку, а не сельское хозяйство...
– Однажды в Симферополе встретил барабанщика, с которым играл на танцах: «Мы тебя ищем по всему городу. Собрали коллектив, хотим профессионально работать на эстраде. Приходи на репетицию!» Я пришел, и мне понравилось. Так в 24 года круто повернулась моя судьба.
Не было бы счастья...
Началась концертная эпопея Владимира Котенева с Калмыкии. В 1961 году он был аттестован как «артист эстрады». Вскоре влился в коллектив «Всюду с песней», с которым несколько раз объехал всю страну.Потом он перешел в джаз-ансамбль «Романтики», с которым в его жизнь вошел пианист и композитор Виктор Чех. В 1968 году «Романтики» приехали в Пензу, стали коллективом областной филармонии.
– Это было счастье! На сцене я был конферансье, и пел, и играл… Занимался всей аппаратурой. В 1972 году на второй, уже всесоюзной, аттестации мне дали «корочки»: «артист эстрады, вокалист и инструменталист (гитара)».
Поначалу я был только гитаристом. Но случилось так, что в Саранске, в гостинице напротив меня, жил популярнейший тогда в стране Жан Татлян. Мне понравилось, как он поет. Я выучил его песни, пел для себя. И вот однажды, на гастролях в Пермской области, у нас ушел в запой певец. А концерты срывать нельзя. Руководитель коллектива говорит: «Выручай!» Несколько дней мы репетировали. И с первого выхода меня принял зритель!
– Вы каким-то непостижимым образом умеете мгновенно установить контакт с залом…
– Мне в молодости дали совет: прежде чем выходить в зал, посмотри на зрителей. Увидел человека с доброй улыбкой – пой для него. На злых не обращай внимания! Те, кто с открытой душой, рано или поздно заражают своей реакцией равнодушных.
Ушел, но вернулся
В 1974 году у Владимира Котенева родилась дочь. Жена поставила перед выбором: семья или гастроли. И он ушел из филармонии.– Решил бросить всю эту музыку – она не кормит. Хотел жить как все нормальные люди. Я устроился на велозавод, проработал там год и два месяца. В то время завод процветал, были большие перспективы. И тут снова Витя Чех: «Открывается туристический комплекс «Ласточка». Пойдем настоящую музыку играть!» Уговорил.
Чех собрал коллектив, сделал программу, месяца два поработал и уехал с цыганами на гастроли. А мы остались. В «Ласточке» тогда играли джаз лучшие пензенские музыканты.
Глаза и сердце
В 1994 году меня позвали в оркестр «Ретро». Десять лет я там был музыкальным руководителем. Ушел потому, что начались проблемы со зрением – не мог писать оркестровки. Год я не играл. И вдруг мне позвонил руководитель оркестра «Пенза» Анатолий Набережный. Объяснил ему, что плохо вижу. А он: «Да ты и без нот сыграешь!»Все же я играл по нотам. Проработал там до 76 лет, пока зрение окончательно не село. Ноты стали сливаться. Анатолий Андреевич уговаривал остаться, но я ушел. С тех пор – на пенсии.
– В 2017 вы сделали сольную программу «Лучшие песни для лучших друзей». Какие они – самые любимые?
– Мой любимый композитор – Арно Бабаджанян. В моей программе – песни «Загадай желание», «Благодарю тебя», «Воспоминание», «Капель»… Очень люблю «Есть только миг» Александра Зацепина. Никогда не беру произведения просто для балласта – только самые-самые. Например, после песни «Благодарю тебя» и зять, и внук плакали…
Благодарю за то, что по судьбе прошли
– Такая яркая жизнь – это обязательно интересные встречи…– Их невозможно сосчитать! Я играл с уникальными музыкантами. Работал со звездами. С Валерием Ободзинским вместе ездили по Сибири. Два месяца работали с народным артистом Советского Союза Николаем Крючковым. Наш коллектив – в первом отделении, Крючков – во втором. С Иосифом Кобзоном ехали по одному концертному маршруту, жили в одной гостинице. Музыканты уже все перезнакомились, играли джем-сейшн. Один начинал, остальные подхватывали. Играли для себя, такое удовольствие получали!
Я считаю, что мне повезло: прожил свою жизнь достойно. Всегда был востребован. Никогда не стремился заработать много денег, а они у меня всегда были. Сейчас почти не вижу. Но я думаю, что в жизни все сбалансированно. Ведь я так много повидал – может быть, даже слишком много для одного человека …
Всегда буду благодарен моим друзьям – Вите Чеху, Жоре Симелидису, Сереже Струкову, Вите Варфоломееву, Володе Швецову, Жене Козыреву… Это те люди, с которыми я работал, которым я отдал часть своей жизни. Мне очень дорого то время, которое проводил вместе с ними.
Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER
Другие материалы рубрики
Аэропорт Пензы: новое здание, рейсы и цены на билеты 2026
Бокс с умом: тренер Евгений Видинеев воспитывает чемпионов и достойных людей
«Теперь я спокойно веду старшую в школу»: социальная няня облегчает быт мамы девятерых детей из Наровчата
Будущие мамы смогут выбрать врача для родов: в Пензе запускают новую услугу
