Чекист, ненавидевший красный террор

Станислав ТурлоПротокол заседания Пензенского губкома РКП(б) от сентября 1918 года зафиксировал, что председатель Пензенского губисполкома Станислав Степанович Турло отказался поддержать резолюцию об объявлении красного террора в связи с убий­ством тов. Урицкого и злодейским покушением на тов. Ленина.

В то время такой поступок был равен смертному приговору.

Попав в Особый отдел ВЧК, на который тогда были возложены функции контрразведки, Турло столкнулся с тем, что его коллеги, да и он сам в этих вопросах ровным счетом ничего не смыслят. Он начал читать труды старорежимных генералов и офицеров о разведке и шпионаже. Они произвели на него колоссальное впечатление.

Плодом этих штудий и собственного опыта, накопленного в годы Гражданской войны, когда Станиславу Степановичу приходилось инспектировать работу особых отделов многих воинских частей, стал написанный им первый учебник для чекистов «Красная контрразведка».

Инициатива, как известно, наказуема. Его непосред­ственный начальник Михаил Кедров, по собственному признанию Турло, многими проектами своего подчиненного восхищался, но «ни одного не провел в жизнь».

В те времена интеллектуальные упражнения среди чекистов вообще были непопулярны. За пару-тройку революционных лет сформировалось поколение «стражей революции», способных только пытать и убивать «контриков». И Кедров не был исключением. Подражая всесильному Троцкому, он основное время проводил в купе бронепоезда, на котором колесил по фронтам и наводил ужас на красноармейцев: коли приехал главный «особист», жди массовых расстрелов.

Даже Троцкий, загубивший не одну тысячу жизней во время своих «вояжей», возмутился жестокостью Кедрова и обратился к Ленину и Дзержинскому с просьбой отозвать начальника Особого отдела в Москву!

Палача действительно ото­звали, потом сместили с поста и в конце концов усилиями Дзержинского вообще удалили из ВЧК. Михаила Кедрова постигла судьба многих его товарищей по кровавой вакханалии – расстреляли как «агента иностранных разведок».

Турло, носившийся со своими планами создать лучшую контрразведку в мире, немного воспрянул духом, когда контрразведку возглавили непосредственно Железный Феликс и его заместитель Иван Павлуновский.

Но ненадолго – начальником Особого отдела вскоре был назначен Генрих Ягода. Тот сразу «оценил» самостоятельность и независимый характер своего подчиненного, и в 1919 году Станислава отправили заместителем Особого отдела в 15-ю армию, созданную из латышских стрелков. Там-то Турло и познакомился с человеком, который стал его единомышленником, – Яном Карловичем Берзиным. Последний резко возражал против перевода Турло в распоряжение ЦК КП Литовско-Белорусской республики.

Турло бросали по всей Республике Советов. Он воевал на Южном фронте, возглавлял Особотдел сначала конного корпуса, а потом и 2-й Конной армии.

Именно тогда, столкнувшись с вопиющим невеже­ством как бойцов-конармейцев, среди которых «слишком глубоко внедрился бандитизм», так и чекистов, куда попадают случайные люди («приезжает человек… неграмотный, когда пишет одно слово, в нем недостает двух букв»), Турло и написал свою книгу о контрразведке.

Судьба труда выдающегося контрразведчика была столь же трагична, как и судьба его автора. Станислава Степановича обвинили в нарушении конспирации, объявили выговор, а тираж книги, еще пахнущей типографской краской, сожгли. До Дзержинского рапорт возмущенного Турло так и не дошел – попал под сукно в аппарате Ягоды.

Правдолюбца-чекиста отправили от Москвы подальше – председателем Ферганской ЧК. Но и там он прослужил недолго: один из местных сотрудников, психически больной человек, зашел в кабинет к начальнику и выпустил в него четыре пули.

Турло тогда чудом удалось выжить. После лечения он служил еще в ГПУ Западного края, но в 1924 году подал рапорт об увольнении из органов госбезопасности. Объясняя мотивы своего поступка, он писал: «…существующая система кустарничества, бездарности и всяческих кавалерийских набегов с бесконечной канцелярской волокитой, которая из центра давит со всей тяжестью… нарушающая всякую планомерность в работе… вследствие чего она не может быть успешной. Лично я слишком истрепался, устал от… системы ГПУ, которая меня тяготит. Пришел в органы ВЧК полон энергии и энтузиазма, а в настоящее время во мне ничего не осталось…».

После выхода в отставку Станислав Турло продолжал заниматься теорией шпионажа и контрразведки, опубликовал несколько статей в журнале «Советская юстиция». Книга его (переизданная в наши дни) все-таки вышла в 1924 году под грифом «секретно».

Одного из основателей советской контрразведки арестовали в 1938-м. С обвинением тогда не мудрствовали лукаво – «контрреволюционная деятельность». 27 июля 1942 года Станислав Степанович Турло скончался в Краслаге, куда попал за то, что не хотел расстреливать за одного товарища Урицкого сотни пензенских крестьян.

Идеалам революции оставался верен до последнего часа жизни. В одной из анкет на вопрос: «Если вы беспартийный, то какой партии сочувствуете?» – ответил: «Всех ненавижу, кроме РКП».
ИЗ ДОСЬЕ

Станислав Турло родился в 1889 году в Виленской губернии, в семье батрака. Лишившись в младенческом возрасте отца, он рано начал работать – подпаском, подручным слесаря, конюхом.

Переехав в Ригу, где устроился на местную мануфактуру, в 1905 году вступил в партию большевиков. Самоучка, не получивший даже среднего образования, в годы Граждан­ской войны он занимал немалые по тем временам должности: был заместителем председателя Ростовского горисполкома,  председателем Донской ЧК, возглавлял губисполком в Пензе. Затем стал инспектором Особого отдела ВЧК.

Автор: Павел Кашаев, заместитель директора Госархива Пензенской области

Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER

Введите слово на картинке