Пензенский онколог: Рак чаще поражает тех, кому за 60

Пензенский онколог: Рак чаще поражает тех, кому за 60

Всем известно, как важно выявить рак на начальной стадии. Тогда есть все шансы вступить в борьбу с болезнью и выиграть

Можно вырезать опухоль, вытравить рак химиотерапией… Но всегда ли квалификации медиков хватает на то, чтобы обнаружить онкологию в зародыше?

Геннадий, 67 лет. Умер от рака
Мужчина много лет состоял на учете по сахарному диабету, да к тому же перенес инсульт. Восстановился, научился с этим жить. Вдруг начал испытывать необъяснимые приступы слабости. Позже начала кружиться голова, нарушилась координация. Анализы на протяжении нескольких лет показывали низкий гемоглобин, который врачи поднимали, назначая препараты с содержанием железа.

Периодически Геннадий лежал в больнице, лечась от двух имеющихся в анамнезе серьезных заболеваний. Но не они его сгубили.

Мужчина умер в реанимации от начавшегося желудочного кровотечения из-за разложения огромной, размером с мячик, опухоли желудка. А нарушения координации были вызваны метастазами в головном мозге...

Надежда, 65 лет. Умерла от рака
Долгое время женщина мучилась от болей в спине, отдающих в ногу. В районной больнице сделали рентген, который показал возрастные изменения, типичные для остеохондроза. Пациентка на протяжении нескольких месяцев безуспешно лечилась в своем районе от этого заболевания.

Потом сама поняла, что с ней что-то не так, и легла на обследование в областную больницу. Там ее сразу же направили на МРТ. Увы, оно показало множественные метастазы в позвоночнике.

Делать операцию и назначать химиотерапию было слишком поздно. Женщина угасла за считанные месяцы.

Александр, 66 лет. Лечится от рака
Опухоль простаты обнаружили случайно. Обследовался по поводу болей в спине, думал, что причина в почках. Поехал в межрайонную больницу на консультацию к урологу. УЗИ почек патологии не выявило. Тогда врач решил на всякий случай проверить простату и обнаружил опухоль. Назначил анализ на специфический онкомаркер. Показатели были повышены.

Пациента направили к онкологу-урологу в Пензу. Сначала ждал приема у специалиста, потом — результатов биопсии. На операцию человек смог попасть почти через три месяца после обнаружения опухоли. Последующее обследование показало метастазы в костях.

По словам больного, он по назначению врача раз в месяц ездит в онкодиспансер на химиотерапию. Ему делают капельницу и в тот же день отпускают домой. Препарат мужчина покупает за свой счет. Лекарство для одной капельницы стоит 6 тысяч рублей.

В диспансере ему объяснили, что препарат он сможет получать бесплатно, когда оформит инвалидность. Но на это нужно время...

В ожидании инвалидности
Эти три невыдуманные истории впечатлили меня. И я обратилась к заместителю главного врача по лечебной части Пензенского онкологического диспансера Дмитрию Чичеватову с просьбой поговорить об этих случаях и о том, как важно обнаружить опухоль на ранних стадиях болезни.

Раньше многие боялись услышать этот диагноз и всячески оттягивали поход к врачу. Сейчас ситуация меняется. Люди хотят начать лечиться как можно скорее, ведь современный уровень медицины дает надежду на выздоровление или продление жизни. Так почему же порой врачам-онкологам остается только констатировать, что лечить уже поздно?

Анализируя случай Александра, Дмитрий Чичеватов предположил, что метастазы в кости появились не за три месяца. На них указывали косвенно и боли в спине. Вероятнее всего, опухоль в организме бессимптомно росла на протяжении нескольких лет.

Несомненный плюс врачу-урологу межрайонной поликлиники, что он вообще решил проверить простату, хотя специфических жалоб у больного не было. Почему не быстро шло обследование? Трудно сказать. Срок ожидания госпитализации на оперативное лечение в онкодиспансере не был превышен — по правилам это не более 30 дней.

Руководство диспансера всегда проверяет соблюдение нормативов оказания медицинской помощи в медучреждении.

— Особенность этого вида рака такова, что даже при выявлении его на поздних стадиях с ним можно прожить не один год, получая особое гормональное лечение, — объяснил Дмитрий Андреевич.

При этом он заверил, что любая разновидность химиотерапии в диспансере проводится бесплатно. В данном случае речь, вероятно, идет не о ней, а о препарате, который вводится, чтобы облегчить состояние больного. Он должен выдаваться в рамках дополнительного льготного лекарственного обеспечения.

— Это лекарство обязаны выдавать льготнику (инвалиду по заболеванию) по месту жительства, — констатировал доктор. — Дело врачей диспансера — его прокапать. Почему оформление инвалидности занимает столько времени и сколько еще человек будет покупать препарат за свой счет — вопросы не ко мне. Это система, не я ее придумал и не вы...

Болезнь стреляет в спину
Затем мы с Дмитрием Андреевичем разбираем историю Геннадия. С одной стороны, локализация опухоли у него была такой, что ее не очень сложно обнаружить, но не при помощи УЗИ — здесь нужна эндоскопия у грамотного доктора или рентгено-контрастное исследование.

Но некоторые тревожные симптомы были налицо: например, очень низкий гемоглобин. Однозначно нужно было искать причину — скрытые кровотечения.

История Надежды, увы, типична. Помните, на прямой линии с президентом России Владимиром Путиным молодая девушка, проходящая лечение от рака, рассказала о похожем случае, произошедшем с ней? Ее долго лечили от межпозвонковой грыжи, а потом выяснилось, что это четвертая стадия рака...

Довольно часто при жалобах на боли в спине невролог или терапевт отправляет пациента на рентген. И там находят некие изменения, характерные для остеохондроза. Его и начинают лечить.

— Порой лечат длительно. Но если нет эффекта, то стоит задуматься, а не является ли причиной болей опухоль в кости, которую может показать, например, компьютерная томография? Рентген не является методом выбора, чтобы дифференцировать, хондроз ли это, метастазы ли… Я 25 лет здесь работаю и вижу, что метастазы в кости врачи первичного звена принимают за заболевания позвоночника довольно часто. Это вопрос профессионализма.

Одним — искать, другим — лечить
На мой взгляд, трехступенчатая система оказания медпомощи несколько тормозит постановку диагноза. Пока придешь к терапевту в районную поликлинику, пока тебя направят к специалисту в межрайонную больницу, а оттуда — в онкодиспансер… Нельзя ли обратиться напрямую, если подозреваешь неладное?

— Не моя задача анализировать систему. Но так называемый маршрут пациента разработан не случайно. Есть перечень обследований, с которыми ему надо прийти к онкологу, и большинство из них доступно на уровне районной поликлиники. В онкодиспансер человек должен попадать уже в том случае, если у него обнаружили опухоль. А мы будем смотреть, злокачественная или доброкачественная, и назначать соответствующее лечение.

Если всех, у кого только подозрение на онкологию, направлять к нам, то в Пензенской области нужен будет не один, а четыре таких диспансера, как наш. Мы должны лечить рак, а не искать рак. Да, это проблема квалификации врачей первичного звена.

Число раковых больных в регионе растет — это факт. В связи с этим планируется строительство еще одного корпуса онкологического диспансера.

— А почему растет число онкобольных в регионе?

— Это общемировая тенденция. В какой-то мере она связана с повышением продолжительности жизни, ведь рак чаще поражает тех, кому за 60… Какие еще причины? Все возрастающее воздействие на организм химических (потребляются с водой и продуктами питания, вдыхаются с воздухом), физических (преимущественно различные виды облучения, включая СВЧ-излучение, инсоляция) и вирусных канцерогенов. Окончательный ответ на этот вопрос пока не может дать даже Международное агентство по исследованию рака, которое занимается изучением этой темы не одно десятилетие.

Болезнь играет в прятки
— Хотелось бы верить, что заболевшим людям диагноз будут ставить как можно раньше, не доводя до четвертой стадии...

— Определенные сдвиги в этом направлении есть. Но не всегда злокачественную опухоль можно вовремя найти и вылечить человека, даже если очень стараться. Развитие некоторых видов опухолей протекает скрыто, совершенно бессимптомно, локализация их может быть необычна. Сейчас свыше 50 процентов злокачественных опухолей мы выявляем на ранних стадиях. Это хороший показатель, и цифра растет потихоньку каждый год. И хотя онкобольных становится больше, все же годичная летальность падает, пятилетняя выживаемость растет.

Но, увы, даже при самом хорошем раскладе не больше 70 процентов опухолей мы будем выявлять на ранних стадиях. Ведь рак —– очень коварная болезнь.

— А что зависит от самого пациента?

— Во-первых, не надо бегать от диспансеризации, если приглашают. А если обнаружили какие-то отклонения, нужно быть активным, спросить: а куда мне с этим идти дальше?
Кроме того, существуют скрининговые исследования, например для выявления рака молочной железы, предстательной железы.

Очевидно, что нужно более эффективно выстраивать систему профилактических массовых обследований по поводу рака. Например, надо четко понимать, кого в них включать. Ежегодно около 80 тысяч женщин в области направляют на скриннинг молочной железы. Важно, чтобы это были здоровые женщины, которые ни разу не были у маммолога. А порой направляют тех, кто уже стоит у него на учете и прошел бы диагностику и без этого. Какой в этом смысл?

Еще момент — отследить, что случилось с теми, у кого нашли отклонения от нормы. Стал ли человек обследоваться дальше? Дошел ли до специалиста? Очень важно попасть к врачу, которому доверяешь.

И, конечно, нужно внимательно относиться к своему организму, вести здоровый образ жизни, правильно питаться. Это зависит только от самого человека.

Что нас убивает
Среди онкологических заболеваний, наиболее часто встречающихся в Пензенской области, по-прежнему опухоли кожи, легких, желудка и молочной железы у женщин. Однако первая разновидность рака нечасто приводит к смерти. Ведь благодаря расположению, новообразование легко выявить на ранней стадии, оно прогрессирует медленно и довольно хорошо поддается лечению.

В число самых опасных в последние годы попали также опухоли поджелудочной железы и колоректальные. Это ли не повод задуматься над тем, что мы едим, и пересмотреть рацион в пользу полезных и натуральных продуктов?!

В России, как и в других странах мира, выживаемость онкобольных зависит от того, на какой стадии поставлен диагноз.

По данным столичного научно-исследовательского онкологического института им. Герцена, средний возраст больных с диагнозом рак в России — 64 года, хотя медики отмечают, что это заболевание «молодеет». Чаще всего заболевают раком в Москве, Санкт-Петербурге, Красноярском крае, Алтайском крае, Орловской, Томской областях.

Еще несколько лет назад регионы Поволжья были на нижних ступеньках рейтинга, но в последние годы они, в том числе и Пензенская область, сместились ближе к началу, однако в первую десятку не вошли.

Риск заболеть раком, согласно грубым подсчетам, больше у городских жителей. У людей, проживающих в сельской местности, злокачественные новообразования выявляются примерно на
20 процентов реже, чем у обитателей мегаполисов.

 

Читайте также:

Диспансеризация-2017 выявила у пензенцев 10 тыс. заболеваний нервов

Автор: Алиса РЯДНОВА

Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER

Введите слово на картинке