Новый год с котом, собакой и козами

Новый год с котом, собакой и козами

В городах шумно, светло и предпразднично. А нам не давало покоя то, как чувствуют себя и что поделывают люди, живущие в отдаленных деревушках, где ни площадей с елками, ни фейерверков... Взяли и поехали в Сосновку Пензенского района, где живут всего два человека — супруги Урусовы 

6 из 600

Сосновка расположена всего в двух с небольшим километрах от хорошей асфальтовой дороги, по которой время от времени пролетают машины из Кондоля в Краснополье — «столицу» сельского поселения, к которому относится и наша деревня. Казалось бы, до цивилизации рукой подать, а жизнь здесь еле теплится. 

Согласно сохранившимся документам, еще в 1930-х годах в деревушке насчитывалось чуть более 600 жителей, а к 1989-му осталось всего 17. Сейчас в реестре 6 «живых душ», а по факту — только две.

Большинство избушек стоят брошенными и заросшими. Правда, несколько купили дачники, но они приезжают только летом. 
В самом крайнем доме живут супруги Урусовы — 75-летний Анатолий Кузьмич (бывший строитель) и 69-летняя Антонина Васильевна (бывшая сборщица на одном из заводов).

— Я встречу вас и довезу до Урусовых на «Ниве», — предложила глава Краснопольского сельсовета Марина Краснощекова. – На своей легковушке вы там застрянете, чего доброго. 

И действительно, застряли бы. Дорога под снегом едва угадывается, едем почти наощупь. Вокруг заснеженные поля, из-под колес выскакивают куропатки. 



Дом отшельников, если их можно так назвать, заметен издалека — из трубы валят и растворяются в морозном небе клубы дыма. Подъезжаем ближе: крепкая, добротная трехстенка с высокой, укрепленной завалинкой и резными наличниками на окнах. Сразу понятно, что хозяин за своим имуществом следит исправно.

Заслышав шум мотора, Анатолий Кузьмич выходит нас встречать. Впереди бежит Альма «дворянской» породы, следом — кот Кузя. А вот хозяйку мы, к сожалению, не застали — уехала по делам в Пензу. Кузьмичу пришлось за двоих рассказывать о житье-бытье. 

В тесноте, да не в обиде 

Урусовы в Сосновке с 2002 года. А началось все с любви к пчелам.

— До армии разводил их. Дед оставил мне в наследство два улья. Когда в 2002 году собрался уходить на пенсию, знакомые подсказали, что под Пензой есть тихая деревенька с замечательной природой, где можно заниматься пчеловодством. К слову, за 15 лет я довел количество ульев до 50. Правда, в прошлом году половина пчел погибла… Всю сознательную жизнь я прожил в Пензе, но родился и вырос в селе Чунаки Малосердобинского района, поэтому знаю, что такое деревенская жизнь, — говорит Кузьмич. — Жена тоже не была против переезда. Купили домик, подлатали немного и зажили. Сейчас думаю: и почему раньше не бросили шумный и суетливый город? Не тянет меня обратно, хотя в Пензе есть небольшая, но благоустроенная квартира.

Деревенский быт Урусовых скромен. Жилая комната одна, здесь же диван, две кровати и телевизор. Правда, антенна ловит всего восемь каналов. Но Анатолий Кузьмич не очень из-за этого расстраивается. Главное, «Вести» показывают и можно следить за ситуацией в стране, как политической, так и экономической.

На кухне — печка-голландка, газовая плита, работающая от баллона, холодильник, разные шкафы-ящики, на одном из которых замечаю электрическую хлебопечку. 

— Да, хлеб сами печем, молоком коза обеспечивает. Остальное дочь привозит — запас сразу на несколько недель.

Правда, зимой ее легковушка к дому не может проехать — снегом заметает здорово. Приходится Анатолию Кузьмичу вставать на лыжи, цеплять к себе салазки и встречать ее. Не слабый марафон для 75-летнего пенсионера (по два километра в обе стороны).

Все делать по уму

Еще одна «тропа здоровья» ведет на родник.

— Рядом есть колодец. Но вода в нем плохая — железа много. Так, помыть чего, постирать. А пьем только родниковую. Тут недалеко, метров 300, — говорит Кузьмич и приглашает прогуляться.

Сначала вниз по крутому склону в овраг, затем по мостику через ручей, потом вверх по склону, затем несколько сот метров по пологой его части и снова вниз. Естественно, никакой дороги нет. Даже я, молодая и здоровая, запыхалась. А ведь назад Кузьмич тащит ведра с водой! Зимой спасают все те же лыжи и салазки.



Надо сказать, что наш герой, много лет проработавший на стройке, все делает по уму: мостик новый сколотил, родник прочистил и обустроил.

— Ну а что, самому же пользоваться. Ну и дачникам хорошо, – говорит он. – Летом несколько семей приезжают. Вот тогда моя Антонина радуется — есть с кем поговорить.

Еще недавно пенсионеры держали несколько поросят. Но теперь остались только куры да две козы.

— Тяжело стало, — вздыхает Кузьмич. — У нас же еще и 30 соток земли: сажаем картошку, огурцы, помидоры и даже арбузы с дынями.

Удивляюсь: зачем же столько много?

— А кто же будет детям помогать? Да к тому же свое вкуснее, — улыбается пенсионер.

К слову, семья у Урусовых действительно не маленькая: два сына, дочь, две внучки и две правнучки. Печалится Кузьмич только о том, что правнучек видит редко.

Желания под Новый год

Новый год «отшельники» встречать будут впятером: Анатолий Кузьмич, Антонина Васильевна, Кузя, Альма да президент (правда, в телевизоре).

— На стол соберем то, что в погребе найдется. Заготовок много всяких наделали. Знаете, какие у нас тут грибы и ягоды! Ну и елочку обязательно нарядим. Как же без нее? Игрушек вон полная коробка. Есть даже из моей молодости, — похвалился хозяин. 

Глядя на потрескивающий в печке огонь, Анатолий Кузьмич долго рассуждает о жизни и политике. О том, что нужно исправить, чтобы людям жилось лучше, и почему многие деревни постепенно умирают.

— В свое время правительство упустило момент. Люди начали уезжать в города. Сейчас уже назад никого не вернуть. Раньше думал, что если бы в Сосновку проложили хорошую дорогу, то и люди бы потянулись, но нет. Вон, посмотрите, соседнее Кромщино — дорога есть, а людей все меньше. В деревнях почти не осталось молодежи, которая рожала бы детей. Но и их можно понять: работать-то негде, — рассуждает Кузьмич.

Не могла я не спросить Анатолия Кузьмича, чего он ждет от нового года.

— Главное, чтобы здоровье не подкачало. Ну и дорогу к деревне чтобы чистили, хотя бы иногда.

С исполнением последнего желания глава местного сельсовета обещала помочь.

Брошеная жизнь

Собираясь уезжать, я прошлась мимо заброшенных домов, заглянула в некоторые из них. Незапертые калитки, сараи и двери в избах. Нехитрая деревенская утварь: комоды, шкафы, стулья. 

Вот на полу лежит почти новенький печной совок, вон там немного поржавевшая пила, рядом с ней прислоненная к стенке гитара (правда, без струн)… 

Недавно обходя округу, Кузьмич заметил, что в одном из домов явно кто-то похозяйничал. Пришлось вызывать участкового.

— На нас с Антониной Сосновка и кончится, — вздыхает он. — Мародеры все быстро растащат. Опустошат оставшиеся без присмотра дачные домики. 

Несмотря на непростые условия жизни, Кузьмичу хорошо в своем отшельничестве. И я думаю, с одной стороны, все нормально: человек доволен и лучшей доли для себя не мыслит. С другой, в таких условиях люди в наше время находиться не должны.

А где она, золотая середина? Кто же знает...



Автор: Елена КУЛАКОВА

Нашли ошибку - выделите текст с ошибкой и нажмите CTRL+ENTER

Введите слово на картинке